Пока зима не закончилась, Новогодние подарки, как говорится - в тему. 26 декабря 2018 года Президиум ВС РФ утвердил Дополнение к «Обзору судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства» от 20.12.2016 года.
Дополнение коснулось непосредственно утверждения кандидатуры временного управляющего, а также исключения аффилированности лиц, участвующих в деле. Тема, с одной стороны не новая, но в устах ВС РФ всегда актуальная.
Напомним, что аффилированные лица - это физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. В Гражданском законодательстве понятие «аффилированности» появилось вместе со статьей 53.2, прописанной в Федеральном законе от 05.05.2014 № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации". Положения указанной статьи регулируют взаимозависимость лиц, как правовую, так и экономическую.
В дополнение к Обзору указывается, что если дело о банкротстве возбуждено по заявлению самого должника или аффилированного с ним лица, кандидатура временного управляющего определяется посредством случайного выбора. Данное правило распространяется на любого заявителя по делу о банкротстве, если кандидатура временного управляющего или саморегулируемая организация арбитражных управляющих предложена лицом, которое так или иначе связно с должником. Такое регулирование направлено на обеспечение якобы подлинной независимости арбитражного управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов между кредиторами. Иными словами, должны быть устранены все сомнения относительно того, что предложенный должником арбитражный управляющий, в приоритетном порядке будет учитывать интересы последнего, ущемляя тем самым права «независимых кредиторов». ВС РФ указывает: «Поскольку должник и аффилированные с ним лица имеют общий интерес, отличный от интереса кредиторов, правила пункта 5 статьи 37 Закона о банкротстве подлежат применению по аналогии (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) и в ситуации, когда кандидатура временного управляющего, саморегулируемая организация предложены связанным с должником лицом - заявителем по делу о банкротстве». Но разве впоследствии управляющий не может стать зависимым?
Оставим в стороне механизм случайного выбора, и порассуждаем о ситуациях, в которых он применим. Тем более, что по новым Дополнениям к Обзору случайный выбор кандидатуры арбитражного управляющего возможен также и когда: «…кандидатура временного управляющего, саморегулируемой организации предложены лицом, которое при отсутствии формально-юридических признаков аффилированности имеет возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия».
Такая формулировка, конечно же, настораживает – ведь перечень формально-юридических критериев влияния на должника отсутствует. Сразу возникают вопросы: что именно суд будет расценивать, как признак аффилированности? По каким критериям или показателям будет определять возможность «давления» одной стороны на другую? Договорные отношения между связанными лицами, как правило, возникают при появлении у одной или некоторого числа организаций, возможность влиять на решение другой. В этом случае под влиянием на принятие решений подконтрольной стороной подразумевается:
- возможность установления каких-либо условий, определяющих ведение деятельности;
- возможность исполнения полномочий исполнительного органа другого юридического лица;
- возможность осуществлять проверки юридического лица.
- другие способы договорных взаимоотношений субъектов хозяйствования.
Что касается специфики дел о банкротстве, то применительно к практике принято различать несколько видов аффилированных кредиторов:
- кредиторы-инициаторы банкротства;
- кредиторы, контролирующие процедуру, т.е. имеющие большинство голосов;
- собственники (иные бенефициары) должника;
- текущие кредиторы, созданные для вывода денег из конкурсной массы.
Понятно, что эти статусы могут совпадать в одном кредиторе. С одной стороны, не может не радовать развитие судебной прокредиторской практики в части установления аффилированности в процедурах банкротства. С другой – отсутствие в ряде случае критериев определения фактической аффилированности порождает те самые перекосы в принятии решений судами. Конечно, понимание судами установленных положений мы увидим через время на практике.
26.02.2019
Олег Проскурин, руководитель практики "Банкротство и реструктуризация", партнер "JBI Group"