Согласие о прекращении уголовного преследования за истечением сроков давности неравнозначно признанию вины

Верховный суд продолжает придерживаться своей позиции, которую он высказывал ранее.

Фабула дела: в отношении Директора ООО было возбуждено уголовное дело по ч.1 ст. 199 УК РФ - уклонение от уплаты налогов организацией в крупном размере и благополучно прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности (п.3 ч.1 ст. 24 УПК РФ).

Спустя несколько месяцев ООО было исключено из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью сведений о нём по решению налогового органа.

Казалось бы, причины для волнения исключены, но…

Прокурор, отстаивая интересы бюджетной системы РФ, обратился в суд с требованием к Директору о возмещении им ущерба в размере неуплаченного подконтрольным юр.лицом налога. Иск прокурора был удовлетворен, судебные акты первой и апелляционной инстанции оставлены без изменения.

Верховный суд РФ отменил указанные судебные акты и направил дело на новое рассмотрение (Определение ВС РФ от 19.12.2023 г. дело №18-КГ23-161-К4), выявив следующие нарушения:

·         основным доказательством виновности Директора для суда первой инстанции явилось постановление суда о прекращении уголовного дела в связи с истечением срока давности, с которым Директор согласился. Факт согласия на прекращение уголовного преследования суд необоснованно уровнял с согласием вины и размером причинённого государству ущерба.

·         суд первой инстанции в нарушение процессуальных норм самостоятельно не исследовал доказательства и сослался на приведенные прокурором обстоятельства изложенные в иске, как на доказанные факты;

·         в деле отсутствовали материалы прокурорской проверки и предварительного следствия в отношении Директора;

·         в протоколе судебного заседания и в решении не было указания на исследование судом искового заявления, возражений на него ответчика и позиции третьего лица, что нарушает принципы состязательности сторон и их процессуального равноправия;

·         доводы ответчика о том, что и после того, как он перестал быть директором ООО, у общества имелось имущество и возможность за его счёт погасить налоговую задолженность, судом также не проверялись.

Кроме того, Верховный суд обратил внимание на позицию Конституционного суда РФ:

·         Налоговый кодекс РФ устанавливает, что взыскание с учредителей, руководителей налоговой недоимки по долгам юр. лица - налогоплательщика перед бюджетом допускаются лишь в случаях, специально предусмотренных законодательством.

Это обусловлено тем, что размер налоговой обязанности налогоплательщика - организации рассчитывается исходя из показателей её предпринимательской деятельности, переложение её на иных лиц без учёта их влияния на её действия неизбежно привело бы к нарушению принципов соразмерности, пропорциональности и равенства налогообложения и тем самым - к нарушению конституционного баланса частных и публичных интересов.

·         Поскольку размер причинённого налоговым правонарушением вреда определяется размером налога, а последний с учётом того, физическое или юридическое лицо является налогоплательщиком, взыскание с физического лица вреда в размере налоговой недоимки и пени, рассчитанной для юридических лиц, может приводить к возложению на физическое лицо заведомо невыполнимых обязанностей и непропорциональной совершённому деянию ответственности, вопреки целям возмещения вреда, как дополнительного правового средства защиты прав и законных интересов публично-правовых образований.

Вывод:

1.    Согласие о прекращении дела за истечением сроков давности неравнозначно признанию вины.

Статья подготовлена старшим юристом Харченко О.В. при участии партнера JBI Group Проскуриной О.В.